msustinov (msustinov) wrote,
msustinov
msustinov

Рецидив российской бедности


Продолжение кризиса может привести к разрыву «социального контракта» между обществом и властью

Всё больше россиян оказывается за чертой бедности. Таковых в настоящее время насчитывается 22 миллиона человек. Как пишет датское издание Berlingske, это самое большое количество за последние десять лет.

Очевидно, что успехи российских властей, имевшие место в борьбе с бедностью в течение десяти лет, практически сошли на нет, и бедность снова стала реальной опасностью для многих жителей страны. Как отмечает издание, глубинные причины для длительного российского кризиса существовали ещё до нефтяного обвала в 2014 году. Необходимо было снижать зависимость от нефти, газа и других видов сырья, однако их доля в экономике страны в докризисный период лишь продолжала расти.

Эксперты из Всемирного банка также отмечают растущее социальное неравенство в России: 1% населения страны контролирует 66% экономики. И данная цифра является самой большой среди 24 стран, в которых проводилось исследование банка.

Экономисты пришли к выводу, что неравенство и бедность прямо угрожают «социальному контракту», который был характерен для периода высоких цен на нефть во время первого президентского срока Владимира Путина. В этот период отмечался рост заработной платы, пенсий и социальных выплат.

«Необходимо начать действовать, прежде чем неравенство и бедность вырастут под действием финансовых и политических вызовов», — заявил вице-президент Всемирного банка Сирил Муллер.

О том, что «необходимо начать действовать» патриотически настроенные эксперты в России говорили ещё со времён первого кризиса 1998 года, показавшего зависимость российской экономики от мировой конъюнктуры. Дважды мы выходили из кризисов, и доходы населения росли в основном благодаря банальному росту цен на нефть. Чем же грозит разрыв «социального контракта» между властью и обществом, если в этот раз кризис затянется?

— На мой взгляд, цифра в 22 миллиона бедных россиян сильно занижена, — говорит президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — Видимо, взяты данные исследований, когда используется понятие прожиточного минимума. В то время как методики ООН и других международных организаций показывают, что в России не менее 35 миллионов человек живут за чертой бедности.

Да, можно согласиться с западными экспертами, что достижения «нулевых» годов, когда из числа бедных ежегодно выходили миллионы человек, фактически сведены на нет. Большая часть так называемых бюджетников снова оказалась за чертой бедности или близко к ней. Правда, пока это не касается военнослужащих, поскольку их доходы в своё время повысились довольно серьёзно.

Даже по официальным данным, второй год продолжается снижение доходов населения. Впрочем, социальное неравенство тоже растёт. Это значит, что богатые становятся ещё богаче, а бедные — беднеют. Российские олигархи и топ-менеджеры, по-прежнему, покупатели самых дорогих яхт наряду с арабскими шейхами.

«СП»: — Почему, кстати, несмотря на давние разговоры, так и не был установлен «потолок» доходов для топ-менеджеров хотя бы в госкомпаниях?

— На самом деле надо не устанавливать «потолки», а нормировать пропорции между средней зарплатой в компании и доходом топ-менеджеров. Не вводится этого потому, что лоббисты нынешней ситуации фальшиво убеждают нас, что российские топ-менеджеры должны получать доходы на мировом уровне. Иначе, дескать, это скажется на эффективности их работы, и они перестанут быть конкурентоспособными в глобальной экономике. Загвоздка только в том, что не существует никакого мирового уровня. Даже если взять западные развитые страны, мы увидим, что в США в крупных корпорациях доходы самых низко-и-высокооплачиваемых работников могут отличаться в сотни и даже тысячи раз. В среднем топ-менеджеры получают в 200 раз больше, чем простые офисные работники. Тогда как в японских корпорациях разница в доходах — один к шестнадцати. Что это значит, что японские менеджеры работают хуже американских? Ничего подобного. Просто в Японии сложился свой тип трудовых отношений, и он ничем не хуже американского. Также и в немецких корпорациях топ-менеджеры получают гораздо скромнее американских коллег. И что, наши управляющие, которые стремятся к «американским пропорциям», лучше японских или немецких? Сильно сомневаюсь.


Поэтому решение о нормировании доходов топ-менеджеров в российских государственных компаниях не только возможно, оно совершенно необходимо. Как с точки зрения социальной справедливости, так и с точки зрения повышения общей эффективности управления. Поскольку система мотивации существует не только на высшем уровне, но и на среднем и низшем. Особенно это актуально для нашей страны, которая уже не первый год является страной с наибольшей разницей в доходах между самыми богатыми и самыми бедными. В России неравенство носит именно патологический характер, и является одним из главных сдерживающих факторов социального и экономического развития.

«СП»: — К чему может привести разрыв «социального контракта» российского общества и власти, о котором говорят западные эксперты?

— В первую очередь, авторы доклада намекают на политические риски для российской власти. Однако большинство сегодняшних исследований напрямую не показывают, что недовольство уровнем жизни и социальной структурой общества трансформируется в рост протестных политических настроений. Пока мы видим просто продолжительную и устойчивую тенденцию к деградации и архаизации общества. И как раз во многом под влиянием того, что десятилетиями сохраняется патологический уровень социального неравенства. Речь идёт о формировании застойной бедности, которая наследуется в поколениях. И у каждого нового поколения шансов выбраться из неё всё меньше. Поскольку становится менее доступным качественное образование, хуже работают социальные лифты и т. д. Будет ли всё это конвертироваться в угрожающие власти социальные т политические протесты — вопрос спорный. Можно только уверенно сказать, что массовый социальный и политический протест — далеко не худшее, что может случиться с нацией и страной. Гораздо хуже — медленная социальная деградация, которая нам гарантирована при сохранении существующих тенденций.

— «Социальный контракт» в «нулевых годах» выглядел так, что общество поддерживало власть или относилось к ней индифферентно в обмен на то, что власть обеспечивала ситуацию в стране, при которой уровень жизни населения в целом рос, — говорит политолог Павел Святенков. — В результате значительно увеличился так называемый средний класс. Если в 90-е годы значительная часть пенсионеров жила на грани и за гранью нищеты, то в «нулевых» доходы их в целом увеличились. Стало больше порядка в распределении доходов от продажи углеводородов. Объективно больше стало тратиться на государство, а не оседать на счетах олигархов.

Сейчас снова всё больше наших сограждан впадает в бедность и нищету. Это очевидно по таким историям, как массовые отравления «боярышником» в Иркутске.

«СП»: — Чем этот процесс может закончиться?

— Очевидно, что при дальнейшем обеднении россиян могут усилиться протестные настроения. Пока люди, помня опыт предыдущих кризисов, надеются, что ещё полгода-год, и жизнь снова начнёт улучшаться. Однако прежде из кризисов помогала выйти мировая конъюнктура, в частности, рост цен на углеводороды. Если в этот раз кризис затянется, доверие к власти, как и рейтинги первых лиц государства, будут падать. Другое дело, что и при нынешних ценах на нефть, можно было бы делать кое-что для улучшения уровня жизни населения, если не сейчас, то в обозримом будущем. Но ничего этого не делается. Продолжается либеральный экономический курс, правительство, как и прежде уповает, что цены на нефть станут расти.

источник

Tags: Россия, бедность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments